Тайная жизнь Елизаветы Зарубиной

 

Тайная жизнь Елизаветы Зарубиной

Очерк и документальный фильм



17.04.2012

СОВЕТСКАЯ МАТА ХАРИ

Елизавета Зарубина недаром заслужила этот "титул"

 

   В советской разведке в довоенные годы и в период Второй мировой войны было много евреев. И немало евреек. Расскажем об одной из них, Елизавете Юльевне Зарубиной. Ее часто называли советской Мата Хари. Однако масштабы и значение их деятельности несопоставимы. Танцовщица Мата Хари была по сути рядовой обычной шпионкой. Ее трагическая судьба сыграла большую роль в том, что она стала широко известной. Сделала она как разведчица не так уж много. Елизавета Зарубина по сути руководила целой агентурной сетью, которую создала вместе со своим мужем Василием Зарубиным. Вот что пишет хорошо знавший ее, генерал Павел Судоплатов: "Обаятельная и общительная, она легко устанавливала дружеские связи в самых широких кругах. Элегантная женщина с чертами классической красоты, натура утонченная, она как магнит притягивала к себе людей. Лиза была одним из самых квалифицированных вербовщиков агентуры". (См. Павел Судоплатов "Спецоперации. Лубянка и Кремль 1930-1950 годы", М., "Олма-Пресс", 1999).

 

   В 1966 году в Москве издательство "Советский писатель" выпустило книгу Варткеса Тевекеляна "Рекламное бюро господина Кочека", в ней описаны реальные события, происходившие в Германии и Франции в 1930-х годах в которые были вовлечены Василий Зарубин и его жена Елизавета Зарубина. Люди мужественные и стойкие они были разведчиками. В книге нет погони, стрельбы, похищений, убийств. Живо и интересно автор рассказывает о будничной работе разведчиков и ярко показывает, какая это тяжелая и героическая работа. Книга моментально завоевала огромный успех у читателей.

 

   Игорь Дамаскин - автор многих работ о советских спецслужбах. В его книге "Сто великих разведчиков" есть очерк о генерале Василии Зарубине. Однако в нем больше речь идет о его жене Елизавете Юльевне. Эта супружеская пара действительно была тандемом великих разведчиков. И важно подчеркнуть - они работали без провалов. И это тоже говорит о мастерстве. Мастерстве разведчиков.

 

 

   * * *

 

   Елизавета Юльевна Зарубина (Горская) урожденная Лиза Иоэльевна Розенцвейг родилась 31 декабря 1900 года в селе Ржавенцы Хотинского уезда Бессарабской губернии. Ее отец был арендатором и управляющим лесхоза в имении польского помещика Гаевского. Вскоре семья переехала в уездный городок Хотин, где она поступила в гимназию, и где родился ее младший брат Мордхэ - впоследствии крупный советский лингвист Виктор Юльевич Розенцвейг. После присоединения Бессарабии к Румынии семья перебралась в Черновцы, где Лиза закончила гимназию. В 1920 году она поступила на историко-филологический факультет Черновицкого университета. Затем продолжила учебу в Парижском и Венском университетах (1921-1924 гг.). С 1919 года принимала участие в коммунистическом движении. Вступила в подпольную комсомольскую организацию Бессарабии, а в 1923 году в Компартию Австрии (партпсевдоним - Анна Дейч). Помимо русского языка и идиша хорошо владела немецким, французским, английским и румынским языками.

 

   В 1924-1925 гг. Елизавета работала переводчицей в полпредстве и торгпредстве СССР в Вене. Получила советское гражданство. В этот период Лиза Розенцвейг вышла замуж за румынского коммуниста Василия Спиру и некоторое время носила его настоящую фамилию - Гутшнекер. Тогда же была привлечена к работе в иностранном отделе ИНО ОГПУ и с марта 1925 г. по май 1927 состояла в негласном штате Венской резидентуры ОГПУ в качестве переводчицы и связистки ("Эрна"). Уже в тот период провела ряд ценных вербовок, привлекла к сотрудничеству важные источники информации. Для выполнения специальных заданий Центра выезжала в Турцию. Здесь она познакомилась с Яковом Блюмкиным и какое-то время они были в близких отношениях, считалась его гражданской женой. Но затем у них произошла ссора, и Лиза резко порвала с ним. Их роман был очень коротким. Блюмкин, в прошлом левый эсер, был участником убийства в 1918 году немецкого посла Мирбаха. Потом стал коммунистом, с 1923 года работал во внешней разведке ОГПУ. В 1928-1929 гг. - резидент на Ближнем Востоке. В Турции встречался с Троцким и привез его письма активным участникам оппозиции. Был арестован и расстрелян как изменник. Существует версия, что Елизавета "вытянула" его в Москву и выдала, но она не соответствует действительности.

 

   С февраля 1929 года проходила подготовку в Москве. Получила документы на имя Елизаветы Юльевны Горской, зачислена в штат ИНО на должность помощника уполномоченного Закордонной части. Была переведена в ВКП(б) из Компартии Австрии.

 

 

   * * *

 

   В 1929 году Лиза вышла замуж за сотрудника ИНО Василия Зарубина. Пройдя ускоренный курс спецподготовки, в январе 1930 года получила назначение на должность оперуполномоченного 7-го отделения ИНО. (Псевдоним "Вардо"). Под видом супружеской пары чехословацких коммерсантов с документами на имя Кочек Зарубины были направлены для легализации в Данию, а оттуда в Париж. Во Франции, "Вардо" привлекла к сотрудничеству стенографистку германского посольства, (псевд. "Ханум"). Зарубины познакомились с немецким журналистом, любовницей которого была эта стенографистка. Он как-то рассказал, что случайно прочитал на копирке очень важное сообщение посольства в МИД Германии об экономике Франции.

 

   "Ханум" брала работу на дом так как в рабочее время не успевала все сделать. Она жила трудно, так как должна была содержать мать, проживавшую в Германии. "Вардо" познакомилась с "Ханум" и стала получать от нее информацию, постепенно приучая к мысли, что та работает на Москву. Вскоре "Вардо" заявила, что устная информация ее не устраивает, а нужна документальная за которую платить будут больше.

 

   Чтобы успокоить "Ханум" объяснила, что то, что она принесет, никогда не попадет в частные руки, и в обезличенном виде будет направляться в Москву. Так как "Ханум" стенографировала и печатала почти все документы, отправленные из немецкого посольства в Берлин, советская разведка оказалась в курсе всей этой переписки. (См. И.Дамаскин. "Сто великих разведчиков". М., "Вече", 2001). Ценным источником информации стал живший в Париже венгерский журналист "Росс". Он работал техническим секретарем депутата французского парламента. Им заинтересовалась "Вардо" и как бы "случайно" оказалась в доме, где он бывал. После нескольких встреч "Росс" огласился (конечно, не бесплатно) давать информацию о ситуации в парламенте, о положении в Германии и Венгрии. Многие сообщения, которые он передавал, Центр оценивал как очень важные.

 

   Одновременно Василий и Елизавета Зарубины работали с другими агентами. В частности, с бывшим царским генералом Павлом Павловичем Дьяконовым. Он тесно связан был с русской военной эмиграцией, с РОВС - Российским общевоинским союзом. Советское руководство тогда переоценивало возможности этого союза и очень опасалось деятельности РОВС и его акций против СССР. В этой связи информация Дьяконова высоко ценилась в Москве.

 

   Будучи кавалером ордена Почетного легиона генерал имел доступ в высшие военные круги Франции. Он довел до сведения 2-го бюро (разведка) Генштаба французской армии подготовленные советской разведкой данные о "пятой колонне" - профашистски настроенных генералах и офицерах, о их связях с Третьим рейхом. Акция прошла успешно и способствовала охлаждению отношений между Францией и Германией.

 

   После четырех лет пребывания в Париже Зарубины вернулись в Москву, но вскоре отправились в новую командировку.

 

   С декабря 1933 года Зарубины находились на нелегальной работе в Германии. Василий прибыл туда в качестве резидента-нелегала. Руководимая Зарубиным нелегальная резидентура была сформирована в кратчайшие сроки. В нее вошли оперработники, приехавшие в Берлин вслед за резидентом и шесть источников информации из числа местных граждан и иностранцев, принятые разведчиками на связь.

 

   Незнание языка стало бы для Василия Зарубина непреодолимой проблемой, если бы не Лиза. Там "Вардо" оказывала помощь мужу и вместе с тем вела самостоятельное направление. Был восстановлен контакт с "Ханум", которая работала теперь в Берлине, в аппарате МИД.

 

   От легальной резидентуры, разведчица получила для связи скромного посыльного МИДа, но он быстро рос по службе, и вскоре стал важным чиновником внешнеполитического ведомства Германии. "Винтерфельд", имел доступ к секретной, в том числе шифровальной переписке. Это дало возможность раскрыть немецкие шифры и коды. (См. А.Колпакиди, Д.Прохоров. "Внешняя разведка России". М., "Олма-Пресс", 2001).

 

   Елизавета Юльевна вместе с мужем вела большую работу с завербованным сотрудником полиции, а затем гестапо Вилли Леманом. О нем расскажем немного подробнее. Любимым фильмом советских людей был сериал "Семнадцать мгновений весны", любимым героем Штирлиц. А были ли советские разведчики в спецслужбах Германии - 4-м управлении (гестапо) и 6-м управлении (внешняя разведка) Главного управления имперской безопасности - РСХА?

 

   Не было. А вот завербованные агенты были. В гестапо советская разведка имела своего человека. Им был Вилли Леман.

 

   Он родился в семье учителя, 12 лет служил в Военно-морском флоте. В 1911 году поступил в берлинскую полицию, где работал в контрразведывательном отделе. Занимался наблюдением за иностранными посольствами. В 1929 году предложил свои услуги советской разведке и был привлечен к сотрудничеству на деловой основе, берлинская резидентура выплачивала агенту А-201, "Брайтенбах" около 600 рейхсмарок ежемесячно. С 1930 года в задачи Лемана по линии полиции входило наблюдение за советским посольством, а также противодействие советскому экономическому шпионажу. После прихода нацистов к власти по рекомендации Геринга был переведен на работу в гестапо. В мае 1934 г. Леман вступил в СС, 30 июня 1934 года как доверенное лицо Геринга принимал участие в операции "Ночь длинных ножей" по физическому устранению Э.Рема и верных ему штурмовиков. Вот такого важного агента получила "Вардо" и работала с ним до самого отъезда из Германии в 1937 году.

 

   Лемана назначили начальником специального подразделения осуществлявшего контроль за посольством СССР. Одновременно, именно на это подразделение была возложена борьба с коммунистическим шпионажем. По сути именно Леману была поручена работа по пресечению деятельности советской разведки в Германии.

 

   Когда было создано Главное управление имперской безопасности (РСХА) в состав его как 4-е управление вошло гестапо. Леман часто бывал не только у шефа гестапо Мюллера, но и у Гейдриха - начальника РСХА. На каждой встрече с "Вардо" он передавал информацию и, как правило, важную. В 1935 году он был назначен начальником отделения ведавшего контрразведкой на предприятиях военной промышленности. Это дало ему возможность присутствовать на испытаниях новых образцов вооружения. Благодаря Леману, советское руководство, в частности Сталин и Ворошилов, получили подробный доклад о создании немецкой фирмой "Хорьх" такой новинки как бронетранспортер, о новых типах дальнобойных орудий и минометов, истребителей и бомбардировщиков с цельнометаллическими фюзеляжами, о закладке 70 подводных лодок и др.

 

   Леман (Брайтенбах) регулярно передавал информацию о внутриполитическом положении в Германии, ее военных приготовлениях против соседних стран.

 

   Другим ценным источником нелегальной резидентуры, с которым Лиза Зарубина была на связи, являлся сотрудник германского МИД "Вальтер". Являясь членом СС, он, тем не менее, критически относился к нацизму, не одобрял политику Гитлера и симпатизировал СССР. Он регулярно передавал "Вардо" документальную информацию, включая письма и телеграммы германских послов в других странах, копии записок по различным политическим вопросам, которые готовились для руководителей Третьего рейха. В дальнейшем, он наряду с "Брайтенбахом" стал одним из тех источников, кто информировал берлинскую резидентуру о готовящемся нападении на СССР. Как уже упоминалось выше, Елизавета Юльевна по приезде в Берлин восстановила связь с "Ханум". От немки также поступали важные документальные материалы МИД Германии, что позволяло не только перепроверить сведения "Вальтера", но и получить важную дополнительную информацию.

 

   В агентурной сети нелегальной резидентуры в Берлине были лица тесно связанные с влиятельными кругами нацистской партии. Благодаря этим связям Центр получал ценные сведения о текущей деятельности и планах нацистского руководства, в том числе о тайных внешнеполитических замыслах нацистов. (См. В.Антонов, В.Карпов "Тайные информаторы Кремля". М., "Гея", 2001).

 

   В конце 1937 года, в связи с бегством в США резидента НКВД в Испании Орлова, хорошо знавшего нелегалов Зарубиных по их работе во Франции, они были отозваны в Москву и работали в центральном аппарате разведки. Осенью 1938 года новый руководитель НКВД Л.Берия начал кардинальную чистку внешней разведки. 1 марта 1939 года Елизавета Зарубина была уволена из органов НКВД. Однако, вскоре, в связи с началом Второй мировой войны, остро ощущалась потребность в кадрах опытных разведчиков. Елизавета Юльевна 19 апреля 1940 года была восстановлена на работе в должности оперуполномоченного 5-го отдела НКВД СССР, Зарубину снова направили в Германию. Перед ней была поставлена задача восстановить утраченную связь с некоторыми агентами, важными источниками информации, в частности с "Винтерфельдом". Она перехватила его 21 июня 1941 года на станции метро Кепениг. Он дал согласие снова сотрудничать. Очередная встреча была назначена на 22 июня. Однако она не состоялась - все входы и выходы из посольства были перекрыты гестапо.

 

   Во время этой же последней предвоенной поездки в Берлин. "Вардо" выполнила еще одно важное поручение Центра - восстановила контакт с Августой, женой германского дипломата. С ней связана одна из самых романтических историй советской разведки. Еще в 1931 году с ней познакомился, а потом завербовал советский разведчик Федор Парпаров. Но случилось так, что она в него влюбилась, причем по-настоящему, глубоко и преданно. От нее поступала важная документальная информация, исходящая от ее мужа-дипломата, одного из помощников министра Риббентропа. Она не скрывала, что ей все равно какой стране передавать информацию - она работала ради любимого человека. В 1938 году Федор был отозван в Москву и арестован по ложному обвинению, но вскоре его освободили и он продолжал работать в разведке.

 

   "Вардо" встретилась с Августой, передала письмо Федора и та продолжала работать. Ее информация по-прежнему была ценной и интересной. Сотрудничество с Августой продолжалось до того самого дня, когда "Вардо" пришлось покинуть Германию.

 

   Елизавета Юльевна выехала из Берлина 29 июня 1941 года вместе с советским посольством. Ночью 12 октября 1941 года, когда немцы подходили к Москве, Василия Зарубина срочно вызвали в Кремль. Его принял Сталин. Он сказал разведчику: "У нас с Америкой не было по существу конфликта интересов. Президент и народ поддерживают нашу борьбу с фашизмом. Но очень важно и необходимо знать об истинных намерениях американского правительства. Мы хотели бы их видеть нашими союзниками в борьбе с Гитлером. Ваша задача, товарищ Зарубин, не только знать о намерениях американцев, не только отслеживать события, но и воздействовать на них. Воздействовать через агентуру влияния, через другие возможности".

 

   Когда Зарубин уже встал, чтобы уходить - беседа была окончена, Сталин сказал: "Я слышал, что ваша жена хорошо помогает вам. Берегите ее".

 

   Через несколько дней Зарубины вылетели в США. Уезжали они в дни, когда враг все ближе и ближе подходил к столице, и казалось, вся Москва ударилась в бегство, повсеместно шла эвакуация.

 

   На этот раз у них было дипломатическое прикрытие - Василий получил должность секретаря посольства. Лиза в резидентуре отвечала за линию ПР - (политическая разведка). Это трудно себе представить, но у "Вардо" на связи находилось 22 агента, с которыми надо было встречаться, соблюдая строгую конспирацию, получать от них информацию. Анализировать ее, обрабатывать и отправлять. Приходилось мотаться между Вашингтоном, Нью-Йорком и Калифорнией, заводить новые знакомства и устанавливать новые связи.

 

   "Вардо" быстро завоевывала доверие и симпатии людей. Свободно могла выдать себя за американку, француженку, немку и даже за активистку сионистского движения. Через людей близких к семье "отца американской атомной бомбы" Роберта Оппенгеймера Лиза вышла на прямой контакт с ним.

 

   Василий Зарубин и его жена много работали с суперагентом Яковом Голосом, ("Звук"). Это был уникальный человек, о котором они сами говорили - он знает все и всех и может все. Он доставал бланки паспортов, свидетельства о натурализации, свидетельства о рождении - в общем, все, что требовалось резидентуре. Привлек к работе в разведке около 20 человек, в том числе "Брайена" - сотрудника одного из ключевых министерств, "Олфсена", дававшего информацию по вопросам вооружения, "Ронда", занимавшего ответственный пост в правительственных структурах.

 

   Через того же "Звука" и его людей, через агентуру и заведенные ранее связи, в том числе в еврейских кругах, удалось оказывать влияние на многих авторитетных деятелей в американском правительстве, в том числе в окружении президента в пользу Советского Союза.

 

   Зарубины работали много и крайне напряженно. Часто возникали ситуации, когда сутками приходилось не спать. В 1942-1943 гг. на первый план стали выходить вопросы, связанные с атомной проблемой. Зарубин и "Вардо" установили важные связи в научных кругах, о контактах с Оппенгеймером мы уже упоминали. Установили связь с некоторыми другими учеными-атомщиками - Сцилардом и Гамовым. Нужны были новые подходы, новые люди, знакомые с проблемой. Однако им не удалось поработать на новом направлении в полную силу с присущей обоим энергией. В 1944 году Зарубиных неожиданно вызвали в Москву. Они терялись в догадках. Выяснилось, их вызвали для проверки. Сотрудник резидентуры Миронов написал на имя Сталина донос, в котором обвинил Василия и Елизавету в сотрудничестве со спецслужбами США. Проверка продолжалась полгода. Обвинения были отклонены. Выяснилось, что доносчик шизофреник и его поместили в психбольницу. Судебно-медицинская экспертиза признала Миронова невменяемым.

 

   Зарубин получил новую ответственную должность - заместителя начальника внешней разведки. В 1945 году получил звание генерал-майора. Елизавета Юльевна тоже работала в центральном аппарате разведки - заместителем начальника, а с лета 1946 года начальником отделения 8-го отдела (информслужба по американскому направлению) Первого Главного управления МГБ СССР.

 

   В сентябре 1946 года уволена из МГБ "за невозможностью дальнейшего использования" с постановкой на общевоинский учет.

 

   После смерти Сталина по ходатайству генерала Судоплатова была восстановлена в органах и принята на работу в возглавляемый им 9-й (разведывательно-диверсионный) отдел МВД СССР. После ареста Судоплатова по делу Берии в августе 1953 года окончательно уволена. (См. В.Абрамов "Евреи в КГБ...". М., "Эксмо", 2005).

 

   Проживала в Москве. Василий Михайлович Зарубин скончался в 1972 году. Елизавета Юльевна пережила его на 15 лет. 4 мая 1987 года трагически погибла, попав под автобус.

 

 

   * * *

 

   До сих пор российская разведка не рассекретила подлинное служебное досье Елизаветы Зарубиной, столь масштабной была ее деятельность на поле тайных операций спецслужб. В музее Службы внешней разведки России - СВР ей посвящена отдельная экспозиция. Однако многие детали ее биографии остаются тайной.


Иосиф ТЕЛЬМАН, кандидат исторических наук, Нешер

   

Источник: Еженедельник "Секрет"

 

Это она завербовала Штирлица и украла секрет атомной бомбы у американцев, запустив в постели великих физиков очаровательных русских шпионок Ее личное дело в архиве родного ведомства на Лубянке до сих пор засекречено. Огласку приобрели лишь отдельные факты биографии и разрозненные эпизоды, обнародованные сначала в Америке, когда там рассекретили обстоятельства тайной войны спецслужб вокруг проекта «Манхеттен», и уж вслед за этим «прожектор перестройки» высветил какие-то фрагменты ее бедовой шпионской жизни. А между ними утонули в беспросветной тьме годы и десятилетия, будто и не было их вовсе. Секретность. Известно, что родилась она в первый Новый год прошлого века – 31 декабря 1900-го, в селе Ржавенцы на Буковине, неподалеку от Хотина. Тогда это была Австро-Венгрия. Училась в Черновицком университете, в Сорбонне, затем в Венском университете. Так что свободное владение семью языками, которое она принесла с собой для служебного пользования, досталось иностранному отделу ВЧК даром: за весь этот начальный капитал заплатила ее зажиточная семья. Плюс к оплаченному семьей Розенцвейг прекрасному образованию новой сотрудницы, так же, на халяву, достались чекистскому ведомству ее обширные семейные связи. Она и сама заболела мировой революцией, превратилась в пламенную коммунистку (еще до того, как стала гражданкой РСФСР) под влиянием семьи. Лизу вовлекли в коммунистическое движение, а заодно и в подпольную организацию румынских красных (тогда Буковина оказалась уже в составе Румынии) ее двоюродная сестра, Анна Паукер, впоследствии министр иностранных дел социалистической Румынии, расстрелянная в начале 50-х как агент мирового империализма, и двоюродный брат, Карл Паукер, парикмахер бухарестской оперетты, чудесным образом превратившийся в видного чекиста в Москве. Он возглавлял оперативный отдел ГПУ, был всесильным начальником личной охраны Сталина – самым доверенным лицом вождя в период его воцарения на советском троне и расправы с соперниками. За это благодарный Хозяин и самого Карла поставил к стенке в 1937-м – не пришлось даже красть кораллы у Клары. А свою чекистскую карьеру Лиза начала, можно сказать, по специальности – переводчицей в посольстве и торгпредстве СССР в Вене. Позже прошла подготовку в разведшколе в Москве и была направлена на нелегальную работу во Францию. В феврале 1928-го ее возвращают в Москву, дают новую фамилию – Горская. Тут и происходит драма, с которой она вошла в историю. Случилась любовь. Любимый Ей довелось завоевать доверие и сердце знаменитого сердцееда, по которому сохло пол-Москвы – от комиссарш в кожанках с наганом под полой и машинисток агитпропа до светских барышень из артистических уборных. Он был воплощением тогдашней романтики: советский террорист №1, Джеймс Бонд и Лоуренс Аравийский в одном лице, комбриг Гражданской войны, неуловимый шпион, жестокий чекист, полиглот, писатель, поэт и друг поэтов, звезда московской богемы, наркоман и атлет, кутила и деляга – Яков Блюмкин. Личность совершенно замечательная и отвратительная одновременно, легендарная еще при жизни: в многочисленных рассказах о нем трудно отличить правду от вымысла, тем более, что он и сам постарался все смешать вместе, а тайну границы между ними унес с собой в могилу, которой, кстати, нет. Он прославился убийством германского посла в Советской России графа Вильгельма фон Мирбаха 6 июля 1918 года. Так 19-летний Блюмкин намеревался изменить ход истории – разрушить заключенный большевиками унизительный Брестский мир с Германией, вернуть Россию в войну и привести к власти левых эсеров вместо пораженца Ленина. Взрыв бомбы в посольском особняке в Денежном переулке, добившей графа (стрельба не задалась: револьвер сначала дал осечку, а потом Блюмкин промазал, да и бомба взорвалась не сразу, пришлось бросать опять), послужил для левых эсеров тем же, что ранее выстрел «Авроры» для большевиков, — сигналом к восстанию. Большевистская власть едва не пала, ее подхватили штыками уже у самой земли безжалостные и единственные верные приказу латышские стрелки, спасли обильным кровопусканием. Потому в историю это событие вошло как «мятеж левых эсеров» — неудавшиеся восстания всегда называют путчами и мятежами, а успешные – революциями. Сбегая после покушения, Блюмкин, раненный посольской охраной, свалился с ограды особняка, сломал ногу, но сумел слинять. Ревтрибунал вынес ему смертный приговор. Он скрывался. Всплыл в Украине, где тут же развил бурную деятельность. Организовывал покушение на гетмана Скоропадского. Участвовал в убийстве командующего немецкими войсками в Украине фельдмаршала Эйгорна. Планировал покушение на Колчака силами украинских анархистов, но левые эсеры арестовали адмирала в Иркутске раньше. Организовал революционный полк из одесских налетчиков во главе с «королем», Мишкой Япончиком, и анархистов, грабил с ними банки, а фронт не удержал. Создавал ревкомы на Подолии. Поднял крестьянские восстания на Киевщине и Полтавщине. В марте 1919-го под Кременчугом попал в плен к петлюровцам. Его жестоко пытали, выдрали все передние зубы, бесчувственного и полуголого бросили на рельсы, чтоб домолол недоломанное ближайший поезд. Он очнулся до его прихода, дополз до станционной будки, сердобольный стрелочник погрузил полутруп в дрезину и отвез помирать в богадельню. Но он выжил. Когда Киев заняли большевики, явился в ЧК, к бывшему своему начальнику по ВЧК в Москве, В. Лацису, формально – с повинной, на деле – с претензиями: за что Ленин назвал его негодяем, за поганого немецкого милитариста, от которого, он, Блюмкин, избавил Россию? Бывшие коллеги оформили это как чистосердечное раскаяние. На допросах герой сдал много своих товарищей по партии. Теперь к смерти его приговорили левые эсеры – как предателя. Любимая женщина стреляет в него на свидании, но дрогнула рука: семь пуль – и все мимо. В кафе на Крещатике двое боевиков палят по нему в упор – он только ранен. Бросают бомбу в его больничную палату – он успевает выпрыгнуть в окно до взрыва. Спасается в Москве. Глава ВЧК Дзержинский ходатайствует о его амнистии. Наркомвоенмор Троцкий берет его в свой бронепоезд – генштаб на колесах, колесящий по всем фронтам. Блюмкин – начальник личной охраны всемогущего наркома, его секретарь и самый верный соратник. «Революция предпочитает молодых любовников», — восхищенно пишет о нем вождь, в то время более влиятельный и популярный, чем Ленин. Почему вдруг такой образ? Не потому ли, что в том же поезде блещет секс-бомба революции, красавица Лариса Рейснер, которой приписывали романы как с Троцким, так и с Блюмкиным? Видимо, нарком понял, кого она предпочла. Любовно прощенный Блюмкин возвращается в ВЧК. Он – один из основателей ИНО – иностранного отдела, то есть внешней разведки, первой советской шпионской сети за границей, и сам – первый ее супершпион. Проникает в Персию. За четыре месяца смещает там одного мятежного хана, воцаряет другого, поднимает народное восстание в северных провинциях, провозглашает Гилянскую советскую республику, по ходу дела создает Коммунистическую партию Ирана. Устанавливает советскую власть в Монголии. Создает разведывательную сеть в Китае. Выполняет нелегальные миссии в Афганистане, Индии, Непале. На Тибете пытается отыскать таинственную страну Шамбала – ключ к овладению миром (потом по его стопам и с той же целью будет снаряжать туда экспедиции рейхсфюрер СС Гиммлер). Готовит антибританское восстание в Палестине, параллельно приторговывает там древними еврейскими книгами, которые для него собирают по синагогам, библиотекам и частным домам всего СССР, наваривает на этом кучу денег – для казны, но и себе оставляет с избытком. В этих экспедициях выдает себя то за дервиша, то за буддийского монаха, то за турецкого купца. Благо владение многими языками (включая китайский, арабский, иврит, турецкий) дает простор для перевоплощений. Осваивает приемы восточных единоборств. Привыкает к наркотикам. Инициирует создание лаборатории по изучению техники передачи мыслей на расстоянии. В перерывах между своими сверх опасными вояжами успевает получить образование в академии Генштаба, подавить несколько крестьянских восстаний, казнить сотни людей, проявить литературные таланты, влюбить в себя десятки барышень, подружиться с первыми поэтами России. Он завсегдатай кафе поэтов «Стойло Пегаса», где однажды чуть не застрелил молодого артиста Игоря Ильинского (за хамство – тот, войдя с грязной улицы, вытер башмаки портьерой), его шикарная четырехкомнатная квартира на Арбате – самое известное тусовочное место в Москве, здесь всегда толпятся знаменитости. Денег у него полно, всегда водится выпивка и наркота. Есенин считает его ближайшим другом, хвастает им перед девушками, к которым клеится: «Хотите посмотреть, как расстреливают? Я могу устроить через Блюмкина». Чекист спасает поэта от своих коллег, когда тот загремел на Лубянку по подозрению в контрреволюционном заговоре. Маяковский называет его Блюмочкой. Гумилев восхищается его стихами. Мандельштам – любит и боится. Как-то по пьяни, потрясая перед Мандельштамом пачкой подписанных им ордеров на расстрел, Блюмкин грозился вписать туда и его. Нервный Осип Эмильевич вырвал у него ордера и порвал. Был большой скандал – богемного чекиста едва не отдали под трибунал, а он и сам был не промах – Мандельштам сбежал на Кавказ от греха подальше, пока этот псих не отошел. Возвращаясь из своих секретных командировок, Блюмкин щедро делится впечатлениями об увиденном и пережитом. Он болтлив, хвастлив, непосредствен. Достопримечательность Москвы, а в ГПУ, ИНО – живая легенда. Впервые попавшей на любимую родину новой сотруднице аппарата ИНО, 28-летней Лизе Горской, в кого было влюбиться? Конечно, в него – первого парня их шпионской деревни. Она ему тоже понравилась: иностранка – европейские манеры, нездешняя стать, и при этом – революционерка, патриотка, коллега. Шпионка. Пусть не такая крутая, как он, но оно и к лучшему. И очень хороша собой, что главное. Дело молодое – сладилось. Пионерский подвиг В это время Блюмкин в Москве бывает редко, сосредоточен на нелегальной работе за границей. Совершает порой невероятное, даже арестованный английской контрразведкой, сбегает, утащив с собой секретные документы англичан. Неуловимый. Засыпался он у своих. В апреле 1929-го в Константинополе, где Блюмкин формировал ближневосточную резидентуру ИНО, он встретился со своим давним кумиром Троцким – к тому времени изгнанником, злейшим врагом Сталина. Стал выполнять какие-то поручения опального вождя, в основном, секретарские – доставал ему материалы для книги «История русской революции», над которой тот тогда работал, взялся передать письмо к остаткам партийной оппозиции в Москве. Соблюдать конспирацию он умел, встречался тайно – никто не заметил. Если бы он еще и умел держать язык за зубами! Когда Блюмкин в октябре появился в Москве, о его контактах с Троцким Лиза узнала одной из первых, хотя и не первой. Он ей под большим секретом сообщил об этом и о том, что рассказал все Карлу Радеку и Ивару Смилге (тоже преданным сторонникам Троцкого, на тот момент уже публично покаявшимся), что теперь они на него донесут – его немедленно шлепнут. Позже выяснилось, что рассказал не только ей и им. И выяснилось это не по дневникам и мемуарам, а по доносам в ГПУ. Известная по анекдотам увлекательная игра «Кто сдаст первым?» началась сразу же. Штатные и добровольные информаторы органов «сигнализировали», что Блюмкин мечется по Москве, рассказывает, что встречался с Троцким за границей, что за ним охотится ГПУ, что его скоро убьют. У бесстрашного нелегала началась элементарная, как в учебниках по психиатрии, мания преследования. Видимо, вдохнув плотный воздух новой сталинской Москвы, он своим совершенным верхним нюхом безошибочно почувствовал атмосферу наступившего времени, распознал ее состав – и его охватила паника. Лиза, которая другой Москвы и не знала, зато за время работы в органах успела понять, как они действуют, легко представляла себе дальнейшее развитие событий и не собиралась на дно с утопленником. Она стала уговаривать Блюмкина «раскрыться перед партией» — пойти к начальству и доложить обо всем. - Да ты что, — возмутился опытный чекист, который сам отправил в подвалы Лубянки десятки людей и прекрасно знал, что там с ними сделали, — меня же расстреляют! У них состоялся долгий, тяжелый и безрезультатный разговор. А на утро Лиза отправилась на службу и там написала служебную записку – мол, довожу до вашего сведения, а сведения такие… Ее вызвал главный контрразведчик ГПУ Михаил Трилиссер. Выяснил подробности. Вник в детали личного свойства. Велел: с троцкистом больше не встречаться, его без вас доставят. И тут же отдал распоряжение. Но шпион №1 и в Москве, как Мальчик-с-Пальчик, — с ним лучше в прятки не играть. Блюмкин исчез. Как в воду канул. Он позвонил любимой через несколько дней. Назначил встречу. По дороге Лиза заехала к Трилиссеру, получила инструкции. Блюмкин решил не идти ни в ГПУ, ни в ЦК, а на время исчезнуть. Отсидится на Кавказе, у него там друзья, деньги есть, перекантуется как-нибудь, поправит здоровье – а там, глядишь, все уляжется, забудется — можно будет вернуться. Он попросил ее заехать к нему на квартиру, взять вещи. Она отказалась: опасно (на самом деле – таковы были инструкции: не дать ему ничего забрать — улики). - Ладно, — согласился Блюмкин, — поеду налегке. Проводишь? - Конечно! Она знала, что на улице их встретят оперативники ГПУ и арестуют. Но они опоздали. Пришлось сесть с ним в такси, хотя ей было велено этого не делать. Она надеялась, что теперь их схватят на вокзале. Но и на вокзале все было чисто. Кроме одного: поезд на Ростов, которым Блюмкин собирался ехать на юг, отменили. - Это катастрофа, — произнес он побелевшими губами. – Был последний шанс. Теперь меня точно шлепнут. Знаменитое звериное чутье его никогда не подводило. Лишь в отношении ее… Да и то… Их взяли на Мясницкой, по дороге с вокзала. Такси остановили. Блюмкину предложили перейти в другую машину. Он вышел молча. Потом обернулся к ней, сказал с улыбкой: - Ну, прощай, Лиза. Я ведь знаю, что это ты меня предала. Она не ответила. Какие споры между профессионалами? Мнения в коллегии ГПУ разделились. Все ее члены, которые имели отношение к разведке, предлагали ограничиться тюремным сроком, каратели — Ягода, начальник секретной части Агранов, начальник оперативного отдела, двоюродный брат Лизы Карл Паукер – настаивали на расстреле. И тех, и других – всех! – поставят к стенке уже скоро, но пока они решили – большинством – расстрелять. Сталин утвердил это решение на Политбюро. Когда приговор объявили Блюмкину, он лишь спросил: - А о том, что меня расстреляют, завтра будет в «Известиях» или «Правде»? Надеялся. А стоя в подвале Лубянки перед расстрельным взводом, крикнул: - Стреляйте, ребята, в мировую революцию! Да здравствует Троцкий! Да здравствует мировая революция! Вставай, проклятьем заклейменный, весь мир голодных и рабов! Красиво ушел. А Лиза, став предтечей знаменитого похожим подвигом пионера-героя Павлика Морозова, она хоть всплакнула? Может быть. У нее тоже были неприятности. На том же заседании Политбюро, где определялась участь Блюмкина, решалась и ее судьба. Постановление состояло из трех пунктов: «а) Поставить на вид ОГПУ, что оно не сумело в свое время открыть и ликвидировать изменническую антисоветскую работу Блюмкина; б) Блюмкина расстрелять; в) Поручить ОГПУ установить точно характер поведения Горской». Если бы грозное ведомство сочло «характер поведения Горской» недостойным, ей, недавней иностранке, великодушно принятой в органы, было бы не сносить головы. И уж точно ее бы лишили той работы, подготовка к которой уже шла. Ее вместе с опытным нелегалом Василием Зарубиным готовили к засылке в Европу под прикрытием легенды «супружеской четы». Несмотря на инцидент с бывшим любовником проект «супруги» не отменили. Происхождение Штирлица Василий Зарубин был настоящий самородок. Родился шестью годами раньше Лизы в станционном поселке, в семье кондуктора товарных поездов. С 14 лет – мальчик на побегушках в лавке. Потом – солдат Первой мировой, в пехоте, затем в штрафной роте. После революции – в Красной Армии, с 1920 года – в ЧК, с 1925-го – в разведке. Образование у него — несколько классов церковно-приходской школы, но владел в совершенстве несколькими языками, играл на многих музыкальных инструментах, прекрасный спортсмен, причем в том числе в таких изысканных видах, как теннис: случалось обыгрывать короля Швеции и высоких гитлеровских чиновников. Не монах. Его первый брак расстроился из-за того, что в тесном кругу советской дипмиссии в Китае завел роман, а какой-то доброжелатель стукнул об этом жене. Человек очень живой и талантливый. Лизе снова было, в кого влюбиться. Их брак по легенде очень скоро превратился в настоящий и продлился на всю жизнь. В 1931-м родили сына. Остальная семейная история – служба. Они налаживают разведывательные сети в Дании, потом во Франции. Потом – в Чехословакии. Это лишь подход к главному – Германии, где уже пришел к власти Гитлер, и глава внешней разведки Ян Берзин убежден: это – главный враг, отсюда нужны сведения прежде всего. Им удается создать сеть в Германии. Достижения фантастические. Вербуют шифровальщика штаба гестапо Вили Лемана – единственный случай вербовки офицера гестапо, так что прототип Штирлица – это он. Агентом становится и жена помощника министра иностранных дел. Сведения добывают исключительной важности. Но в 1937-м Берзин и почти все руководство внешней разведки репрессированы. В 1939-м главой НКВД становится Берия – новая чистка. Запрет на разведывательную деятельность в Германии. Чету Зарубиных отзывают в Москву. Как многих нелегалов, их подозревают в предательстве. Зарубина допрашивает лично Берия. Он один из считанных, кому удалось отбиться от изобретательных обвинений, но осадок у начальства остался: в органах оставили, однако с понижением в должности. А Лизу уволили. С выходным пособием в размере четырехмесячного оклада. Молоденький лейтенант (который впоследствии стал генерал-лейтенантом КГБ) в характеристике ее деятельности отметил лишь ее иностранное происхождение и наличие родственников за границей. Подозрительна по рождению. Но в 1940-м запахло войной, о скомпрометировавших себя нелегалах вспомнили. Елизавету Зарубину восстанавливают в органах, присваивают звание капитана НКВД и поручают возродить германскую сеть. Во время уже начавшейся мировой войны, в канун войны Отечественной, Лиза отправляется в гитлеровскую Германию под видом немки. Вновь включает в работу гестаповца Лемана и жену помощника министра иностранных дел. Среди прочего и прочих от этих двух ее агентов пришли сообщения о том, что война начнется 22 июня 1941 года. Как и другие, они были проигнорированы. Немцы напали вероломно. Трудности перевода В начале войны Василия Зарубина назначают легальным резидентом советской разведки в США. Официальная должность – 1-й секретарь посольства, но ни для кого не секрет, что это такое. Миссия такой степени важности, особенно в то время, что предотъездный инструктаж с ним проводил лично Сталин. Беседа длилась несколько часов. Однако ни Зарубин, ни Лиза, ни даже сам Сталин в то время еще не представляли, какой степени важности предстоит работа американской резидентуре. Они сами обнаружили эту линию, которая к концу войны и в первые годы после нее стала основной: проект «Манхеттен» — создание ядерной бомбы. Лиза завербовала и замкнула на себя двадцать ценнейших агентов, работавших на ядерный проект. У нее завязалась нежнейшая дружба с женой руководителя «Манхеттена» Роберта Оппенгеймера Кэтрин. Настолько нежная, что их подозревали в лесбийском романе, что вполне не исключено, хотя и не доказано. Зато известно, что благодаря их близким отношениям, влиянию Лизы на Кэтрин, Кэтрин на мужа к работе над бомбой были привлечены многие физики и математики левых взглядов, которые потом стали сливать секреты стране социализма. Лиза завербовала жену выдающегося физика Георгия Гамова, сбежавшего из СССР в 1933 году, тоже физика, работавшую, как и ее муж, на проект. Она же привлекла к разведывательной деятельности известную красавицу, жену проживавшего в то время в США великого русского скульптора Коненкова. Маргарита стала последней и самой долговечной любовницей великого физика Альберта Эйнштейна. В письмах он нежно называл ее «моя маленькая русская шпионка». Лиза даже подослала к нему вербовщика, автор теории относительности от сотрудничества с советской разведкой отказался, но отношений с Маргаритой не прервал. И сведений из него тоже удалось вытащить немало. В 1945 году начальник отдела спецопераций сталинского МГБ генерал Павел Судоплатов вызвал молодую переводчицу Первого главного управления (внешняя разведка), сказал: - Сейчас тебя проведут в комнату и закроют на ключ. Там есть все необходимое – от словарей до еды. Не выйдешь, пока не переведешь эти документы. Она взялась за перевод. Было чрезвычайно трудно. Девушка понятия не имела, как перевести английские выражения, которых не знала и по-русски: «цепная реакция», «ядерный распад», «ускоритель». Сделала, что смогла. С переводом ее повезли к директору Института ядерной физики академику Курчатову. Он углубился в чтение. Затем недовольно спросил: - Что у вас было по физике? - «Отлично», — ответила она. Ученый глубоко вздохнул. Но даже этот несовершенный перевод ему очень пригодился. Советская атомная бомба появилась подозрительно быстро после премьеры американской в Хиросиме. Лишь через несколько десятков лет юная переводчица Первого главного управления узнала, что в той запертой комнате она переводила документы, добытые в США ее отцом и его женой. Переводчицу звали Зоя Зарубина – дочь генерала Зарубина от первого брака. Свидетельством эффективности работы супругов Зарубиных была казнь на электрическом стуле другой супружеской пары – Джулиуса и Этель Розенбергов. Их осудили на смерть за выдачу секретов атомной бомбы русским. Они ответили за всех – несколько десятков участников проекта «Манэеттен», которых завербовали Зарубины. Американскую чету сурово наказали, а советскую – щедро наградили? Василий Зарубин дослужился до генерал-майора МГБ. Редкость для разведчика: даже такие асы как Абель, Млодый, Филби были полковниками. После возвращения из США был замначальника внешней разведки. Но недолго – в 1948-м отправили в отставку «по состоянию здоровья», которое было, надо сказать, отменным. Лиза получила звание подполковника, что тоже редкость для органов: все-таки женщина и иммигрантка из капстраны. За атомный шпионаж ее наградили орденом Красной Звезды. Не шибкий, а все же орден, не медаль «За доблестный труд». Но в 1946 году ее вычистили из органов «за невозможностью дальнейшего использования». Ее имя стало известно в 1967 году, когда отмечалось 50-летие ВЧК. Досталось чуть славы в профессиональных кругах. Ни на что никогда не жаловалась. Ни в чем не раскаялась. Все приняла как должное. Та и дожила до перестройки с гласностью. В 1987-м ее сбила машина. Занавес. Такова шпионская судьба. И специфика шпионской славы. Иногда, чтобы сделать комплимент, Елизавету Зарубину сравнивают с легендарной Матой Хари, которая, скорее всего, и шпионкой не была, а лишь куртизанкой военного времени, но считается эталоном женского шпионажа. Расстояние между реальными достижениями и мнениями о них – громадно. Но это уже нам знакомо и из нашего времени, и из других родов деятельности. Практически всех. Объяснение укладывается в две буквы – PR. Опять не по-русски, но вы переведете. Владимир Бейдер. Авторский вариант. Публикация: Журнал LQ (Киев), 2009


Обновлен 15 окт 2013. Создан 17 апр 2012



  Комментарии       
Имя или Email


При указании email на него будут отправляться ответы
Как имя будет использована первая часть email до @
Сам email нигде не отображается!
Зарегистрируйтесь, чтобы писать под своим ником
Shalom - Free Jewish Dating
html clock бесплатные часы для сайта
Flag Counter  Заметки по eврейской истории Еврейские Знакомства :: JewishClub.com Покупки в Германии: авиабилеты, звонки, посылки, автомобили счетчик посещений LINK_ALT Объявления и сайты русской Германии Еврейский мир "ROT SCHILD" Вас приветствует! www.lirmann.io.ua