Раздвоение Марселя Пруста

 

Раздвоение Марселя Пруста




21.11.2013
В прошлом месяце исполнилось 140 лет со дня рождения Марселя Пруста. «Longtemps, je me suis couche de bonne heure» («Давно уже я привык укладываться рано») — так начинается одна из величайших книг мировой литературы — «В поисках утраченного времени». Странный роман странного автора и странного человека.
 
Марсель Пруст родился 10 июля 1871 года в парижском пригороде Отей, куда его родители бежали, опасаясь стать жертвами Парижской коммуны. Его отец был известным врачом, профессором медицины; мать, Жанна Вейль, происходила из семьи богатых евреев из Эльзаса. По материнской линии Пруст был дальним родственником Карла Маркса.
 
Семейные обстоятельства наложили отпечаток на мировосприятие Пруста. Отец его был верующим католиком, жестким человеком, доминантной фигурой в семье. Мать, мягкая и податливая, обычно уступала отцу. Вступая в брак с католиком, она вынуждена была дать обещание воспитывать детей в католической вере, хотя сама не приняла католицизм, отстранившись при этом от иудаизма и стараясь избегать еврейской среды. Прусту была присуща трагическая раздвоенность: с одной стороны, постоянное стремление проникнуть в высший свет французского общества, с другой — ощущение, что он в значительной мере там изгой и всегда им останется.
 
Когда шел процесс по делу Дрейфуса, Пруст с одобрения матери с самого начала солидаризировался с теми, кто выступал за пересмотр приговора, в то время как отец оставался антидрейфусаром. Не обнаружив своей фамилии в опубликованном списке лиц, подписавших протест полковника Пикара, бывшего начальника французской разведки, деятельность которого в значительной мере способствовала пересмотру дела Дрейфуса, Пруст написал в газету: «Я знаю, что мое имя ничего не прибавит списку. Но то, что я буду в этом списке, даст кое-что моему имени». По-видимому, именно дело Дрейфуса послужило для Пруста реальным толчком к тому, чтобы ввести еврейские образы в свои произведения.
 
Философия Пруста — это не только последовательный субъективизм, но и последовательный идеализм. Истина, красота, счастье существуют лишь внутри нас. Любовь мы носим в себе, это потребность сердца, а любимая женщина — просто случайность, позволившая ей проявиться.
 
В троице европейского модернизма (Джойс–Пруст–Кафка) Пруст, пожалуй, самый архаичный автор, связанный скорее с веком ушедшим, а не с веком наступившим. Большая часть его жизни пришлась на самый спокойный и стабильный период европейской истории, время между двумя войнами, франко-прусской и Первой мировой, ознаменовавшей рождение «не календарного, настоящего XX века».
 
Еврейская тема преломляется в романах Пруста как физическое либо психологическое присутствие евреев и как их воздействие на других персонажей. Евреи — герои Пруста — относятся к трем различным категориям (в соответствии с их местом в обществе). На вершине этой пирамиды — Шарль Сван, сын процветающего биржевого маклера, вхожий, однако, в аристократические круги. Противоположность Свана — плебей Альбер Блок и его многочисленная родня, малокультурная и несколько вульгарная. Основная черта характера Блока — неудовлетворенный снобизм. Блок становится известным писателем, публикующимся под псевдонимом Жак де Розье; свою дочь он выдает замуж за католика, то есть за того, кто в глазах прустовского общества обладает несравненно большей респектабельностью. Наконец, третий персонаж — Рашель, которая совершает головокружительную карьеру от проститутки до прославленной актрисы.
 
Все еврейские герои романов Пруста испытывают унизительное чувство неполноценности в светском обществе. Из них только Сван пытается с помощью искусства облегчить свои душевные муки.
 
На закате жизни Сван приходит к осмыслению своего еврейского происхождения, так как, по словам рассказчика, «он принадлежал к той стойкой и упорной еврейской расе», отличающейся «своей энергией и противостоянием смерти». Самым сильным огорчением Свана перед смертью было осознание того, что он не доживет до окончания дела Дрейфуса.
 
Прустовский «поток сознания» оказал воздействие на развитие психологического романа в западной литературе XX века. Прусту удалось запечатлеть сложный психологический облик современных ему представителей разных слоев французского общества, глубоко проникнуть в процесс восприятия мира человеком. Тонкость проникновения Пруста в человеческую психику была использована и своеобразно переработана такими мастерами, как Стефан Цвейг, Франсуа Мориак, Альберто Моравиа и другие.


Евреи Марселя Пруста



 

Сегодня исполняется 91 год со дня смерти Марселя Пруста. Кроме того столетие назад началась публикация семитомного романа этого прославленного французского писателя «В поисках утраченного времени». 


Бытует мнение, что Пруст был полностью погружен в мир художественных образов и не интересовался актуальными социально-политическими проблемами. Тем не менее в своей прозе, публицистике и дневниковых записях писатель активно разоблачал пороки современного ему общества, в том числе антисемитизм. 

Пруст называл себя «первым дрейфусаром»: он действительно был одним из первых «властителей дум», выступивших в поддержку Альфреда Дрейфуса, французского офицера-еврея, обвиненного в шпионаже, суд над которым привел к резкому усилению антисемитизма в парижском обществе. 

Отец Пруста был католиком, а мать еврейкой. Сам он тоже был крещен в католической церкви, но когда в разгар Дела Дрейфуса в прессе его назвали «еврейским писателем», он не стал возражать, поскольку счел, что это было бы неуважением по отношению к матери. 

В честь столетия выхода в свет «В поисках утраченного времени» Библиотека и музей Моргана в Нью-Йорке совместно с посольством Франции организовали выставку «Марсель Пруст и путь Свана». В грандиозном романе писатель в художественной форме выразил свои философские воззрения. И хотя Пруст почти не рассуждал о специфических еврейских проблемах, сам образ главного героя романа, Шарля Свана, показывает отношение писателя к таким явлениям, как антисемитизм и ассимляция. 

Еврейская тема преломляется в романах Пруста как физическое либо психологическое присутствие евреев и как их воздействие на других персонажей. Евреи — герои Пруста — относятся к трем различным категориям (в соответствии с их местом в обществе). На вершине этой пирамиды — Шарль Сван, сын процветающего биржевого маклера, вхожий, однако, в аристократические круги. Противоположность Свана — плебей Альбер Блок и его многочисленная родня, малокультурная и несколько вульгарная. Основная черта характера Блока — неудовлетворенный снобизм. Блок становится известным писателем, публикующимся под псевдонимом Жак де Розье; свою дочь он выдает замуж за католика, то есть за того, кто в глазах прустовского общества обладает несравненно большей респектабельностью. Наконец, третий персонаж — Рашель, которая совершает головокружительную карьеру от проститутки до прославленной актрисы. 

Все еврейские герои романов Пруста испытывают унизительное чувство неполноценности в светском обществе. Из них только Сван пытается с помощью искусства облегчить свои душевные муки. Прототипом для образа Свана послужил Шарль Эфрусси, известный коллекционер, выходец из богатой банкирской семьи одесского происхождения. «Оба они, Сван и Эфрусси, были евреями, космополитами и людьми мира. Оба были вхожи не только в аристократические особняки, но и в королевские дворцы. Шарль сопровождал королеву Викторию во время ее визитов в Париж, а Сван был другом принца Уэльского. Оба они были представителями истеблишмента, испытывавшими жуткие комплексы по причине своего еврейства», — пишет французский литературовед и дальний родственник Эфрусси Эдуар де Ваал. 

«Для самого Пруста факт еврейского происхождения никогда, кажется, не был проблемой или почвой для мучительных комплексов», — считает Антуан Компаньон, профессор французской литературы в Колумбийском университете. Мать писателя, Жанна Вейль (1849-1905), родилась в ассимилированной еврейской семье из Эльзаса, и, хотя не изменила религии предков, иудаизм не занимал важного места в ее жизни. Например, синагогу он посещала только раз в год — на Йом Кипур. 

Мать всегда оставалась для Пруста самым близким человеком, он называл ее: «моя дорогая маленькая матушка». 

На закате жизни Сван приходит к осмыслению своего еврейского происхождения, так как, по словам рассказчика, «он принадлежал к той стойкой и упорной еврейской расе», отличающейся «своей энергией и противостоянием смерти».



Материал подготовил Николай Лебедев

 

 

 

http://www.jewish.ru/culture/events/2011/08/news994298862.php



Создан 21 ноя 2013



  Комментарии       
Имя или Email


При указании email на него будут отправляться ответы
Как имя будет использована первая часть email до @
Сам email нигде не отображается!
Зарегистрируйтесь, чтобы писать под своим ником
Shalom - Free Jewish Dating
html clock бесплатные часы для сайта
Flag Counter  Заметки по eврейской истории Еврейские Знакомства :: JewishClub.com Покупки в Германии: авиабилеты, звонки, посылки, автомобили счетчик посещений LINK_ALT Объявления и сайты русской Германии Еврейский мир "ROT SCHILD" Вас приветствует! www.lirmann.io.ua